К чему снятся Рельсы по соннику

Любому «человеку от жизни», если он хочет пережить во время занятия сексом истинный эротизм (и если ему повезло с подходящим партнером), придется пойти на полное отождествление с другим человеком. Иначе ему не добраться до вершины духа. Это отождествление с другим не является самоцелью, это лишь пропуск. Сначала кожа начинает отождествляться с кожей, потом это ощущение дорастает до отождествления пениса с вагиной, потом уже достигается необходимая прозрачность и настоящее удовольствие, «показывающее человеку существование другого измерения, иной музыки». Главное, чтобы никто не пытался притащить на этот уровень психически недозрелых (это не зависит от возраста) и зомби, потому что отождествляться с ними равно самоубийству.

На ступеньку ниже находится эротизм «без отождествления». В женском варианте, он включает в себя:

1. «Ожидание освобождения». Ожидается, что опытный партнер сформирует мою женскую идентичность, которую я по разным причинам ощущаю как неполноценную.

2. «Добровольное жертвование». Здесь я являюсь ценным объектом для мужчины, а он – так или иначе — неполноценный. Я испытываю определенное удовольствие, потому что имею над ним власть (в качестве физической приманки).

3. «Навязчивое использование». Здесь эротизм уже отделен от тела. Мозг (т.е. ментальные образы, а не инстинкты) заставляет людей совокупляться по самым разным причинам. Одна из причин может быть в том, что женщина хочет заполучить мужчину, чтобы что-то доказать другим женщинам.

Думаю, что поведение героини этого сна в отношении мужчин отражается в пункте 2 и в пункте 3. Ясно, что для истинного секса этот партнер не подходит, а использовать его для более приземленных целей помешала фигура отца. И папа потом почувствовал из-за этого вину. Говорят, что в некоторых африканских племенах, девочек с самой колыбели учат, как можно использовать любого первого встречного в своих интересах. Поэтому все претензии можно адресовать даже не папе, а Европейской культуре. А истинному эротизму научить нельзя, потому что здесь ребенок должен быть верным себе и своему телу как радару психической интенциональности. Это сложнее, чем научить кого-то быть гением в искусстве или науке.

От того, что мы используем другие слова общий смысл (долигвистический смысл) никак не меняется.

Как бы там ни было, всегда остаются четыре вида сексуальных отношений.

1. «Истинный эротизм». Мы разделяем наши взгляды на Моцарта и Достоевского. Мы разделяем наши взгляды на кожу и гениталии. Мы разделяем все, то есть мы отождествляемся друг с другом полностью. Наши тела становятся прозрачными. Это как две морские волны, которые сливаются в одну и из-за этого возникает нечто грандиозное. Оказывается, что быть волной – это не главное. Вот чувствовать себя всем морем – вот это да! Вот это экстаз, вот это глубина. Из этой глубины и Моцарт и Достоевский – всего лишь красивая пена на гребне волны.

2. «Ожидание освобождения». Я – непотопляемый и нерастворимый поплавок, который качается посреди моря. Я думаю, что море когда-нибудь раскачает меня до такой степени, что я почувствую хоть какой-нибудь кайф.

3. «Добровольное жертвование». Я обожаемая публикой звезда. Я – универсальная валюта, которая вызывает у всех слюнотечение. Где бы я не появилась, на концерте или даже на стоянке такси, все хотят оторвать хотя бы клочок от моей одежды, или – что гораздо хуже — локон моих волос. Я могу снизойти до своих почитателей и пожертвовать нижнем бельем или тем, что под ним, но я никогда не позволю себе раствориться в чужих объятиях, потому что я – одна, а вас – бездарей – целое море. Секс – это милость к падшим, но я не отрицаю, что быть звездой очень приятно.

4. «Навязчивое использование». Секс можно использовать по разному. Иногда секс – это что-то вроде массажа или сауны. Он нужен, потому что помогает поддерживать тонус как средство гигиены. Я знаю, что организм время от времени навязчиво требует перезарядки, перезагрузки, обновления или хотя бы внешней щекотки. И я вынуждена с ним считаться. Я даже могу заплатить за требуемые мне услуги и получить их от хорошего профессионала. Эти профессионалы, между прочим, не жалеют средств на рекламу: «Агрессивная сексуальная зарядка! Четыре профессиональных инструктора в одном флаконе!» Это затягивает, особенно, если у моей подруги имеется более модный, раскрученный массажист. Но чаще всего, я занимаюсь сексом не из-за того, что ведусь на рекламу. Реклама – для тех, кто мал и глуп. Просто, в будничной суете, мне самой приходится оказывать эти услуги в том или ином виде, по разному. И я вынуждена в этом совершенствоваться, чтобы не отстать «от поезда» жизни. Секс – это кратчайший путь к получению разного рода экзистенциальной помощи от мужчин. За секс мужчина может подвести меня до самого крыльца на такси. За секс мужчина поможет мне вырваться из-под родительской опеки, за секс он обвенчается со мной и создаст для меня более сносные рамки существования. За секс мужчина может купить мне виллу на Канарских островах. В конце концов, я сама могу стать высококачественным массажистом или профессионалом в этой области: у меня золотые руки и опытное тело. И каждое мое движение – это явная или скрытая эротическая реклама, которую я – тонко чувствуя тенденции рынка -навязываю окружающим. Но на психическом уровне я вынуждена соблюдать абсолютную девственность. Девственность – для души, а тело для работы, для выживания, иногда и для удовольствия, хотя я очень четко отделяю это удовольствие от другого, более высокого удовольствия, чтобы не потерять эту самую психическую девственность.