Значение пословицы «Жида перекрестить и под лед утопить»
Эта пословица — из числа тех горьких и колючих выражений, что передают крайнюю степень недоверия, подозрительности и даже вражды. Говорили так о человеке, который кажется неисправимым, о том, кому невозможно угодить, кто всегда остается «при своих интересах», несмотря ни на какие попытки повлиять на него. Смысл здесь такой: даже если совершить над таким человеком священный обряд (крещение), изменив его веру, и даже после этого утопить его (то есть подвергнуть самой страшной каре), всё равно не будет уверенности, что он стал «своим» или исправился. Употребляли эту фразу, когда хотели подчеркнуть, что никакие усилия не способны изменить чью-то «породу» или скрытую сущность, а также в моменты крайнего раздражения на чужую хитрость и изворотливость.
Происхождение пословицы
Корни этой поговорки уходят в глубину веков, в те времена, когда религиозные и межнациональные барьеры были не просто условностью, а основой жизни. В среде русских крестьян и горожан, живших в условиях православного государства, иноверец, и особенно иудей, часто воспринимался как носитель совершенно иной, «непонятой» правды. Важно понимать, что бытовой антисемитизм был во многом связан с хозяйственной деятельностью: многие евреи занимались ростовщичеством, торговлей, арендой мельниц и корчём, что нередко ставило крестьян в зависимость. Отсюда рождалась обида, которая выкристаллизовывалась в такие вот жестокие образы.
Выражение «перекрестить» здесь означает попытку насильственного приобщения к «своей» вере, а «утопить под лед» — отсылка к древней, ещё языческой, а позже и уголовной практике расправы (зимой топили в проруби как особо опасных преступников или колдунов). Пословица говорит о полном, тотальном недоверии: ни духовное преображение (крещение), ни физическое уничтожение не могут гарантировать, что этот человек перестанет быть «чужим». Это отражение трагической исторической пропасти между двумя культурами, где одна сторона видела в другой воплощение лукавства, которое невозможно преодолеть никакими мерами.
Смысл и толкование
Если отбросить этническую составляющую (а сегодня, в просвещенное время, мы должны это сделать ради чистоты понимания), то пословица говорит о глубочайшем скептицизме. Речь в ней идет о попытке изменить природу человека насильственным путем. Мы часто хотим переделать другого — сделать ленивого трудолюбивым, жадного щедрым, хитрого простодушным. Пословица же утверждает: если человек лукав по своей сути, если его натура — это «хитрость» и «своя выгода», то никакие обряды и самые суровые наказания тут не помогут.
Представьте себе ситуацию: в деревне жил отъявленный скупец, который у односельчан последнюю копейку тянул. И вот, решили его «проучить», пристыдить при всех, а он в ответ — слезу пустил, покаялся, даже в церковь пошел свечку ставить. А через неделю — глядь, он снова за свое, да еще хитрее прежнего обвел вокруг пальца. Вот тут-то старики и покачивали головой: «Что с ним делать? Хоть перекрести, хоть под лед утопи — всё одно, жидой останется». То есть пословица эта — о безнадежности в борьбе с человеческими пороками, которые кажутся въевшимися в плоть и кровь.
Похожие по смыслу пословицы
- Как волка ни корми, он всё в лес смотрит. — Самая близкая по духу поговорка. Сколько ни заботься о том, кто привык к вольной или хищной жизни, он всё равно будет тянуться к своему, привычному.
- Сколько с ним не бейся, а путного не добьешься. — О бесполезности усилий, направленных на перевоспитание глупого или упрямого человека.
- Черного кобеля не отмоешь добела. — Грубоватая, но точная поговорка о тщетности попыток исправить врожденные (или кажущиеся таковыми) пороки.
- Горбатого могила исправит. — Фаталистичный взгляд на то, что есть вещи, которые не поддаются исправлению при жизни.
- В семье не без урода, а на урода — не в угоду. — Указывает на то, что странного или порочного человека невозможно сделать удобным для общества никакими уговорами.